Текст: Татьяна Чернышова

Четвёртая волна коронавируса наступила. В этом нет никаких сомнений ни у медиков, ни у властей, ни у простых граждан. Ужесточение антиковидных мер выглядит неизбежным шагом. «ДП» выяснил, не останутся ли петербуржцы опять без своих любимых кафе и фитнес-клубов, и что могут сделать Смольный, бизнес и остальные горожане, чтобы этого не произошло.
Федерального локдауна не будет, уверяют в Кремле. Но у региональных властей по-прежнему есть все необходимые полномочия для локальных ограничений. На этой неделе, 5 октября, вице-премьер Татьяна Голикова рекомендовала ввести QR-коды для допуска на массовые мероприятия только переболевших или привитых. Она допустила распространение QR-кодов и на другие сферы общественной жизни. Несколько регионов Северо-Запада уже последовали этому совету.
Угроза новых запретов
В Петербурге из ограничений пока действуют масочный режим, требование социальной дистанции, запрет массовых мероприятий, лимит по количеству посетителей для фуд-кортов, кинотеатров, театров, спортивных и концертных площадок, экскурсий и запрет на работу общепита в ночное время. Все эти меры действительны до конца октября.
В пятницу, 8 октября, глава Комздрава Петербурга Дмитрий Лисовец допустил новые ограничения. Он заявил, что одобрит «любое ограничительное мероприятие, которое приведёт к снижению заболеваемости». Чиновник дал понять, что соответствующее решение примут незамедлительно, если того потребует Роспотребнадзор.
Санитарное ведомство пока не имеет чётких ответов о том, когда и какие именно запреты могут вернуться в жизнь петербуржцев.
«Мы наблюдаем за ситуацией, за структурой, за возрастом и за темпами заболеваемости, которые анализируются каждую неделю. И в зависимости от ситуации будет принято решение», — заявила замначальника отдела эпидемиологического надзора городского управления Роспотребнадзора Ирина Катаева.
Тревожная статистика
Последний раз масштабные ограничения вводили в середине июня 2021 года, когда количество новых случаев ковида начало подбираться к 1 тыс. в сутки. Тогда закрыли фуд-корты, островки в торговых центрах, детские площадки, а также аквапарки и аттракционы.
Сейчас статистика более тревожная. К субботе, 9 октября, Петербург отбросило к январским показателям по заболеваемости. За сутки в городе зафиксировали 2717 новых случаев заражения.
Городские власти не скрывают, что больницы не справляются с нагрузкой. В стационары каждый день привозят по 450-500 пациентов. С 8 октября больных вновь начал принимать павильон №7 выставочного комплекса «Ленэкспо». Пока в нём развернуто 400 коек, но с возможностью расширения до тысячи.
«По большому счёту волна только поднимается. Как она будет проходить и как долго, с какой тяжестью, когда закончится, сказать очень трудно. Но учитывая некоторые факторы, можно говорить и о длительности, и о тяжести большого количества пациентов, несмотря на количество привитых», — рассказал «ДП» Лев Авербах, главный врач частной скорой помощи Coris.
Темпы вакцинации, наоборот, не впечатляют — по официальным данным, полный цикл прививки прошли чуть более 1,7 млн человек. В городе работают 174 пункта вакцинации, но доходят до них в последнее время гораздо меньше горожан, чем в начале прививочной кампании.
Количество привитых, которое декларируется, не говорит об уровне коллективного иммунитета, уверен Лев Авербах. Прививка действует полгода, а потом иммунная защита снижается.
«Натренированный» бизнес
На пике третьей волны власти и бизнес договорились о тотальной вакцинации персонала в сфере услуг. В обмен предпринимателям пообещали, что не будут их закрывать в случае ухудшения ситуации.
Общепит одним из первых привил своих сотрудников. Объединение предприятий общественного питания «Рестоград» объявило о вакцинации 86% сотрудников основных сетевых компаний города. Предприниматели не скрывают, что это было непросто и усугубило сложную ситуацию с кадрами. Однако уверенности в том, что это поможет избежать новых запретов на работу у бизнеса сейчас нет.
«Если говорить о том, ждут ли нас какие-то ограничения, никто ничего в этой ситуации обещать не может. Если ситуация будет развиваться плохо, тогда власти будут вынуждены принять те решения, которые они принимали в предыдущих волнах», — рассказал «ДП» Александр Ружинский, исполнительный директор объединения «Рестоград».
Отрасль общественного питания все эти три волны была наиболее пострадавшей и до сих пор не оправилась, напомнил Ружинский. При этом, по его словам, она оказалась «натренирована» на введение стандартов противоэпидемиологических безопасности и на качественное исполнение этих стандартов.
«Это скорее говорит о том, что если и будут вводиться какие-то ограничения, то органы исполнительной власти учтут: мы и без того уже ввели более чем достаточное количество мер предосторожности», — отметил исполнительный директор «Рестограда».
Представитель Ассоциации операторов фитнес–индустрии в Петербурге Наталья Борулько настроена более оптимистично.
«Главный ориентир — наличие коек. Если их будет хватать и город сможет справиться с количеством заболевших, то закрытия не будет. И мы очень надеемся, что так и произойдёт», — заявила «ДП» Наталья Борулько. По её данным, крупные фитнес-клубы и сети Петербурга вакцинированы на 82%, некоторые даже на 90%. Средний бизнес — примерно на 80%.
Внутренние инспекции и QR-коды
Бизнес готов поддерживать и дальше необходимый уровень вакцинации и принимать дополнительные меры, чтобы обезопасить себя и своих клиентов.
«Мы стараемся внутри ассоциации постоянно напоминать, чтобы никто не расслаблялся: уборки, маски, соблюдение дистанции, измерение температуры и так далее», — сообщила Наталья Борулько.
В петербургской фитнес-среде присматриваются к опыту коллег из других городов. Так, в Красноярске сформировали мобильные бригады из представителей отрасли, которые инспектировали клубы. В городе на Неве тоже могут ввести эту практику при необходимости.
А вот что касается QR-кодов для клиентов, по крайней мере в фитнес-индустрии эту меру оценивают негативно.
«Очень надеемся, что до этого не дойдёт. Потому что введение этой меры сразу же приводит к падению продаж. Иркутск через это прошёл, Башкирия, Самара», — отмечает представитель фитнес-ассоциации. Снижение спроса достигает 25% при том, что осень считается временем, когда можно зарабатывать.
Риски массовых банкротств
Несмотря на очевидно тяжёлую ситуацию в пострадавших секторах, массовых банкротств из-за новой волны ковида ни участники рынка, ни эксперты не ожидают.
«И кредиторы, и должники поняли, что процедура банкротства — быстрый, очевидный, но неправильный выход из состояния неплатёжеспособности. Ситуация в экономике критическим образом не изменилась, кроме того накоплен опыт профессионального сообщества, свидетельствующий, что работающий актив лучше разобранного на части», — полагает Нина Боер, управляющий партнёр адвокатского бюро «НБ».
По её мнению, скорее стоит ждать волны реструктуризаций, а также расширения доступа к более длинным и дешёвым деньгам.
Солидарен с коллегой адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнеры» Александр Соловьёв.
«Если в стране и мире не случится нового экономического кризиса или дестабилизации политической обстановки, то нет никаких предпосылок для лавины корпоративных банкротств», — уверен юрист.
В прошлые периоды мерами господдержки воспользовалось достаточно большое количество предприятий общепита, которые соответствовали условиям, рассказал Александр Ружинский.
«Недавно удалось поднять вопрос особо пострадавшего сегмента фуд-кортов. Рассчитываем, что будут какие-то компенсации», — добавил исполнительный директор «Рестограда».
В фитнес-сфере тоже нет проблемы закредитованности, но по противоположной причине. По словам Натальи Борулько, кредиты дали очень малому количеству компаний.
Полумеры не помогут
Очередное закрытие ресторанов, фитнес-клубов, фуд-кортов и островков само по себе ничего не даст, уверены и медики, и бизнесмены.
«Люди не только посещают рестораны. Они ходят в магазины, ездят на транспорте. Есть и другие места, где могут возникнуть цепочки заражения. С нашей стороны мы сделали всё что могли, чтобы эти цепочки исключить», — заявил Александр Ружинский.
Заражаются в основном в офисах, где много людей находится в одном помещении много часов, и в транспорте, подтверждает главный врач Coris Лев Авербах. По его мнению, наиболее эффективный способ снизить распространение инфекции — это разобщение людей, в том числе переход на дистанционное обучение и удалёнку.
Нет смысла мучить бизнес, нужны более радикальные меры, уверен медик. «Но как закрыть всё, непонятно. Ведь тогда нужны будут субсидии, налоговые льготы. А у нас с этим очень сложно», — добавляет Авербах.
А повысить уровень вакцинации может только грамотная разъяснительная кампания, полагает главный врач Coris, и достоверная статистика: «Люди чутко реагируют на всякие недосказанности и подтасовку. Доверие улетучивается».

https://www.dp.ru/a/2021/10/10/Ogranichenija_neizbezhni_che

Текст: Дмитрий Маракулин

В последнее время в банкротных процессах стал чаще подниматься вопрос об аффилированности арбитражного управляющего.
Позиция арбитражного управляющего в банкротном процессе играет довольно важную роль при рассмотрении таких вопросов, как оспаривание сделок, привлечение топ–менеджмента и бенефициаров должника к субсидиарной ответственности, определение порядка продажи имущества. «Поскольку эти вопросы одинаково важны для каждого кредитора, а также значимы для должника и его менеджмента, очень важно достижение баланса и исключение действий управляющего, например, в интересах одной группы кредиторов во вред другим и должнику», — поясняет Владимир Полуянов, партнёр Апелляционного центра.
Кроме того, в делах о банкротстве по–прежнему часто нарушаются права миноритарных и несистемных кредиторов (у ФНС, банков и крупных игроков таких проблем, как правило, нет). И независимый управляющий в гораздо большей мере обеспечит соблюдение их прав в той же степени, что и других кредиторов.
Ещё один существенный момент: только арбитражному управляющему в ходе процедуры доступен абсолютно весь объём информации о предбанкротной деятельности должника. «До кредиторов и суда эта информация доходит в уже переработанном виде (без мелких, непримечательных сделок, например). Важно обеспечить несокрытие значимых фактов от кредиторов. Особенно чтобы дать миноритариям возможность оспаривать сделки с мажоритарием, который мог бы контролировать управляющего», — добавляет Владимир Полуянов.
Росреестр против
По этим, в частности, причинам в процессах о несостоятельности нередки битвы между участниками за кандидатуру арбитражного управляющего. В качестве примера можно привести кейс из петербургской практики — дело о банкротстве ООО «Современные технологии обработки древесины» (СТОД) бизнесмена Александра Ебралидзе (№ 33 в Рейтинге миллиардеров «ДП» — 2020). По заявлению госкорпорации «ВЭБ.РФ» Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти в мае ввёл в компании наблюдение. В декабре 2013 года финансовая структура выдала предприятию два кредита — на 178,89 млн евро и на 5,27 млрд рублей. Однако заёмщик не смог исполнить обязательства, что и дало повод ВЭБ.РФ пойти в суд. Госкорпорация просит включить в реестр требований кредиторов 38,3 млрд рублей. На сегодняшний день это самая крупная финансовая претензия в деле СТОД. К примеру, ФНС требует с компании 2,29 млрд рублей, банк «Санкт–Петербург» — 686,1 млн рублей.
Закон даёт право заявителю предоставить свою кандидатуру временного управляющего. Такая возможность является легитимным инструментом влияния кредитора на банкротную процедуру. Корпорация предложила Виктора Алёшичева из саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Развитие». Однако его назначение было заблокировано. Управление Росреестра по Петербургу, надзирающее за деятельностью управляющих, предоставило арбитражу Петербурга и Ленобласти любопытную информацию. Ведомство обратило внимание, что, начиная с 2016 года, в большинстве банкротных процедур, инициированных ВЭБ.РФ, финансовая структура предлагает кандидатов именно от СРО АУ «Развитие». Управление Росреестра ссылается на материалы 17 банкротных дел.
Ещё одним камнем преткновения стала аккредитация «Развития» при ВЭБ.РФ. Отметим, что подобная практика квалификационного отбора достаточно широко распространена и применяется в том числе банками с госучастием. Её цель — отобрать наиболее профессиональные команды, которые не допустят ущерба кредитору–заявителю неграмотной работой. В случае со СТОД речь шла, по сути, об аффилированности арбитражного управляющего с мажоритарным кредитором. Представленные материалы зародили у суда «существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего». Поэтому первая инстанция методом случайной выборки определила три СРО, из которых была выбрана кандидатура Александра Путинцева (Ассоциация арбитражных управляющих «Содружество»).
Однако решение арбитража ВЭБ.РФ обжаловал в 13–м Арбитражном апелляционном суде и 5 августа добился нового решения в свою пользу: временным управляющим СТОД был назначен Виктор Алёшичев. При этом апелляционная инстанция в своём постановлении отметила, что нареканий к кандидатуре и самой СРО АУ «Развитие» от других кредиторов не было.
Впрочем, битва за управляющего может продолжиться, если выводы апелляционной инстанции обжалуют: такое право, в частности, есть у Александра Путинцева.
Вместе с тем Виктор Алёшичев уже успел приступить к своим обязанностям. Так, он добился обеспечительных мер — запрета на проведение первого собрания кредиторов СТОД. Дело в том, что суд ещё не успел рассмотреть требования крупных кредиторов: ФНС, самого ВЭБ.РФ и банка «Санкт–Петербург». Эти участники, если суд признает их претензии к должнику обоснованными и включит в реестр, могут повлиять на результат собрания кредиторов.
Эксперты юркомпании «Дювернуа Лигал» и адвокатского бюро «Качкин и партнёры» приводят ещё один громкий кейс из петербургской практики — ООО «ТД “Интерторг”», управлявшего торговыми сетями «Семья» и Spar, в котором ООО «СБК Гранд» (фактически «дочка» «Сбера») поставило вопрос об аффилированности арбитражного управляющего Сергея Безруких с должником. Такая конструкция позволяла бенефициарам бизнеса, как полагают юристы, контролировать процедуру банкротства «Интерторга». Одним из доказательств связи между управляющим и должником кредиторы называли выкуп долга у инициатора процесса по цене 74,4% от номинала. На практике подобные долги выкупаются с куда большим дисконтом. Покупатель же долга не раскрыл разумных экономических мотивов, объяснивших скупку требований к заведомо несостоятельной компании. Суд в итоге пришёл к выводу, что логичным объяснением такого поведения кредитора могут быть неформальные договорённости между «Интерторгом», кредитором–заявителем и его преемником о назначении управляющего, связанного с должником. При этом суд заметил, что сами эти обстоятельства не доказывают аффилированности Сергея Безруких с должником, но их хватает для разумной подозрительности относительно независимости управляющего. Новым арбитражным управляющим «Интерторга» был назначен Кирилл Пестряков, определённый методом случайной выборки. Отметим, параллельно он ведёт банкротную процедуру «Севкабеля». Однако решение об утверждении кандидатуры обжаловано в Арбитражном суде Северо–Запада, который пока не высказал свою позицию.
Лояльность к кредитору
В последние несколько лет вопросы аффилированности управляющих по отношению к должнику или кредиторам встречаются в спорах всё чаще и, как следствие, чаще происходит утверждение управляющих судом путём случайного выбора. Причина — стремление бенефициаров банкротящихся компаний обойти запрет для должника предлагать свою кандидатуру управляющего, введённый законодательно в 2015 году.
«Аффилированность по отношению к кредитору довольно условна. Очевидно, что кредитор предлагает управляющего, в компетенции которого он уверен, а не “с улицы”. Суды, как правило, расценивают как не совместимую с исполнением полномочий арбитражного управляющего ситуацию, когда он связан с кредитором, аффилированным с должником, то есть заинтересован по отношению к самому должнику. С учётом того, что суды научились пресекать заинтересованность управляющего по отношению к должнику, чаще, на мой взгляд, управляющий лоялен к мажоритарному кредитору», — отмечает Александра Улезко, руководитель группы по банкротству адвокатского бюро «Качкин и партнёры».
Вопрос возможной связки управляющего и мажоритарного кредитора звучал, к примеру, на недавнем процессе о несостоятельности «Метростроя», где на днях было введено конкурсное производство, а управляющим назначена Светлана Судья. Её кандидатура была предложена, по сути, мажоритарным кредитором — «Метростроем Северной столицы», который в октябре должен официально стать единственным строителем городской подземки. А совладельцем обоих предприятий — и кредитора, и должника, имеющих явно противоположные интересы, — является Смольный.
Реформа не решит всех проблем
Наверное, сложно назвать сферу, где судебная практика развивалась бы столь же активно, как по банкротным делам. Свою позицию по таким спорам регулярно высказывает Верховный суд. И даже Конституционный суд РФ вносит свою лепту — к примеру, его решение в апреле этого года о единственном роскошном жилье должника–физлица помогло разрешить давно назревшую проблему.
Вопрос аффилированности арбитражных управляющих, как полагает адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры» Александр Соловьёв, находится в авангарде, поскольку борьба с контролируемыми банкротствами и недобросовестными практиками невозможна, когда отсутствуют гарантии независимости управляющего. Решение предлагает реформа банкротного законодательства, очень ожидаемая и судами, и юристами, и бизнесом. Правда, пока сама реформа находится в стадии законопроекта.
В нём проблему аффилированности предлагают решать за счёт случайного выбора кандидатуры арбитражного управляющего. «Такой порядок, вероятно, уменьшит количество ситуаций, когда управляющий связан с кем–либо из участников процесса. Однако само по себе новое регулирование не решит всех проблем. Если раньше неформальные договорённости достигались до введения процедуры, то сейчас они будут возникать после, пусть и в меньшем числе случаев», — прогнозирует Александр Соловьёв.

https://www.dp.ru/a/2021/09/06/Vkljuchaem_randomajzer

Текст: Дмитрий Маракулин

Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти убрал последнее препятствие с дороги Смольного по передаче строительства городской подземки новому подрядчику — «Метрострою Северной столицы», разрешив провести первое собрание кредиторов «старого» ОАО «Метрострой». Примечательно, что это решение фактически совпало с поручением президента РФ Владимира Путина премьер-министру Михаилу Мишустину определиться с подрядчиком для строительства петербургского метро.
Заседание арбитражного суда Петербурга и Ленобласти, назначенное на 17 августа, по банкротному делу ОАО «Метрострой» обещало быть судьбоносным. Ранее по ходатайству «Тоннельного отряда №3″ и ФНС суд наложил обеспечительные меры — запретил проводить первое собрание кредиторов должника. Дирекция транспортного строительства Петербурга, по сути имеющая небольшое требование к строителю подземки — порядка 50 млн рублей, — просила об их отмене.
Однако пока действовал запрет произошли некоторые изменения. В банкротный процесс успел включиться «Метрострой Северной столицы» (МСС), новый строитель подземки, предприятие, созданное Смольным совместно с банком ВТБ именно для этих целей. МСС успел провести конкурс на представление его интересов в процессе о несостоятельности «Метростроя», в котором победило столичное адвокатское бюро «Кульков, Колотилов и партнёры».
МСС скупил долги, уже включённые в реестр кредиторов, на 3,7 млрд рублей и попросил арбитраж о процессуальном преемстве. Правда, заседание по рассмотрению этого вопроса назначено только на 7 сентября.
На процесс прибыл партнёр АБ «Кульков, Колотилов и партнёры» адвокат Николай Покрышкин. Любопытно, что на этом заседании господин Покрышкин представлял интересы должника. В частности, от имени «Метростроя» адвокат заявил суду об отсутствии препятствий для снятия запрета на проведение первого собрания кредиторов. Не возражали против этого ни представители Сбербанка, ни ФНС, ни арбитражного управляющего «Метростроя», ни представитель ДТС.

Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти в итоге отменил обеспечительные меры. Юристы АБ «Кульков, Колотилов и партнёры» не прокомментировали это решение.
Теперь 30 августа должно пройти первое собрание кредиторов должника, где будут рассмотрены несколько значимых вопросов. Во-первых, будет решено, какую следующую банкротную процедуру следует назначить, во-вторых, сформировать комитет кредиторов и, в-третьих, определиться с кандидатурой арбитражного управляющего — в зависимости от выбранной процедуры.
«Скорее всего, будет принято решение о введении конкурсного производства», — предположил Никита Ушаков, представитель арбитражного управляющего «Метростроя» Григория Авдеева.
Прогноз юриста имеет свои резоны. Ещё год назад господин Авдеев, ознакомившись с финансово-хозяйственной документацией «Метростроя», пришел именно к такому выводу. Его мнение поддержали и специалисты KPMG, международной консалтинговой компании, по заказу ГУП «Петербургский метрополитен» проводившие аудит должника.
Первую скрипку на собрании, скорее всего, будет играть именно «Метрострой Северной столицы». Ему принадлежит порядка 65% голосов в реестре кредиторов. И хотя арбитраж не успевает разрешить вопрос о процессуальном преемстве, но есть выход: к примеру, МСС может получить у продавца долга доверенность на участие в собрании кредиторов и на голосование по важным вопросам.
Не исключено, что назначение конкурсного управляющего, если таковое произойдёт, благотворно скажется на управленческом процессе должника: как минимум прекратится чехарда с его директорами. По сути функции управляющего аналогичны директорским, но вот отстранить его от процесса управления может только арбитражный суд.
Возможно, что на этом собрании кредиторов МСС получит желаемое — открытие конкурсного производства и назначение конкурсного управляющего, — и тогда начнётся процесс передачи активов от старого подрядчика к новому. По неофициальным данным, уже якобы идёт перевод персонала в новую компанию. Технику и строительные площадки «Метрострой Северной столицы» может взять в аренду. И, следовательно, можно будет сказать: перезапуск строительства подземки произошёл!
Однако в будущем этот важный для Петербурга инфраструктурный проект может потенциально столкнуться с некоторыми проблемами. Так, сейчас в реестре кредиторов МСС занимает доминирующее положение. Однако в рамках общеискового производства продолжается ряд споров: с «Метростроя» взыскивают, по неофициальным данным, порядка 8-10 млрд рублей. И если арбитраж удовлетворит эти претензии кредиторов, то расстановка сил среди кредиторов может поменяться.
Скорее всего, именно об этих процессах в интервью телеканалу 78 упоминал вице-губернатор Петербурга Максим Соколов.
«С долгами придётся разбираться в рамках многочисленных судебных процессов, о том, являются ли эти долговые обязательства мнимыми, надуманными или даже надутыми. Дальнейшая профессиональная команда будет разбираться со всеми активами «Метростроя», и то, что полезно для метростроения, откладывать в копилку, идти вперёд. А то, что не подтверждено кредитными договорами, эти пассивы будут рассматриваться в судебном порядке вместе с другими кредиторами», — заявил телеканалу высокопоставленный чиновник.
И если расстановка сил в реестре кредиторов «Метростроя» изменится, то потенциально возникает риск: решения, выгодные МСС, могут быть заблокированы другими кредиторами. Тут можно провести аналогию с поведением миноритарных акционеров, которые нередко по любому поводу обращаются в суд, оспаривая всё и вся.

Адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры» Александр Соловьёв, представляющий нескольких независимых кредиторов, обращает внимание на ещё один подводный камень, от появления которого не застрахована ситуация, — может возникнуть вопрос об аффилированности.
Так, Смольный является учредителем и ОАО «Метрострой», и АО «Метрострой Северной столицы», то есть участником и должника, и мажоритарного кредитора.
Николай Покрышкин на заседании 17 августа представлял интересы «Метростроя», а компания, где господин Покрышкин является партнёром, представляет интересы «Метростроя Северной столицы». На дилетантский взгляд такая конструкция предполагает конфликт интересов: кредиторы заинтересованы продать все активы подороже для максимального наполнения конкурсной массы, а вот покупатель — приобрести их как можно дешевле. И независимые кредиторы, чьи требования к должнику пусть даже и невелики, но которых может не устроить решение собрания кредиторов, вполне могут обратить внимание на эти обстоятельства и, образно говоря, начать бузить.
Закон предусматривает ещё одно ограничение для кредиторов, аффилированных с должником, — их голоса не учитываются при выборе кандидатуры арбитражного/конкурсного управляющего.
«Учёт голосов аффилированного с должником кредитора по кандидатуре управляющего создаёт риск оспаривания решения собрания кредиторов, поскольку возникают обоснованные подозрения относительно независимости такой кандидатуры. Тем более, когда аффилированный кредитор является претендентом на активы должника, что свидетельствует о конфликте интересов. Если коммерческий интерес аффилированного кредитора в такой ситуации состоит в покупке имущества должника по наименьшей цене, то интерес независимых кредиторов ровно в обратном», — обращает внимание на особенности банкротной практики Александр Соловьёв.

https://www.dp.ru/a/2021/08/17/Vizov_Severo-Zapadu_ross

Текст: Дмитрий Маракулин

Верховный суд отменил решения нижестоящих судов о включении почти 150 млн рублей долга в реестр кредиторов Екатерины Исаевой, дочери экс–совладельца Балтийского банка Андрея Исаева.
Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти по заявлению Андрея Исаева в ноябре 2020 года признал его дочь Екатерину банкротом и ввёл процедуру реализации имущества. Самого финансиста (№ 51 в Рейтинге миллиардеров «ДП» — 2017, с тех пор в рейтинг не попадал) ранее также признали несостоятельным. Он оказался фигурантом уголовного дела о хищении недвижимости Балтийского банка на 500 млн рублей. Следствие обвиняет его в мошенничестве.
Вмешательства ВС потребовал спор о включении в реестр кредиторов Екатерины Исаевой 148 млн рублей долга перед ООО «Энергоинвест». С таким заявлением предприятие обратилось в арбитраж ещё в августе 2019–го. «Энергоинвест» в 2018 году выдал Екатерине Исаевой заём 130 млн рублей, который она не вернула.
Судебные инстанции разошлись в обоснованности требования кредитора. Возник вопрос об аффилированности должника и её кредитора и искусственном создании этой задолженности.
По мнению экспертов, в пользу подозрения говорили, в частности, хронология действий, заключение сделки накануне банкротства и т. д.
Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти в марте 2020 года всё же включил в реестр требование «Энергоинвеста», но уже в июле это решение было отменено 13–м арбитражным апелляционным судом. В свою очередь Арбитражный суд Северо–Западного округа отменил постановление апелляции и оставил в силе решение первой инстанции. Финансовый управляющий Андрея Исаева пожаловался в ВС, который недавно отменил все решения судов и вернул дело на новое рассмотрение.
По мнению высшего суда, неполно исследован вопрос об аффилированности участников сделки, которая привела к созданию долга, а кредитор не раскрыл конечных бенефициаров. Кроме того, не была изучена экономическая целесообразность этого бизнес–решения «Энергоинвеста» (к примеру, на момент получения займа недвижимость Исаевой была арестована, имелись судебные решения о взыскании с неё крупных сумм и т. д.).
«Я бы выделила довод ВС, что при уклонении кредитора от раскрытия полной информации о бенефициарах его аффилированность с должником следует считать доказанной. По сути ВС ввёл новую презумпцию, прямо не предусмотренную законодательством. При этом не думаю, что данная фраза, вырванная из контекста, получит широкое применение. Всегда важен контекст правоотношений», — полагает Карина Сидорова, руководитель практики антикризисного управления и банкротства юркомпании «Дювернуа Лигал».
По мнению Александра Соловьёва, адвоката КА «Юков и партнёры», ВС задаёт вектор развитию практики по делам со схожими фактическими обстоятельствами, и в этом смысле его определение является практикообразующим. «Если ранее нижестоящие суды могли игнорировать подозрения независимых кредиторов, то сейчас, с учётом определения ВС РФ, это уже невозможно», — говорит он. Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти назначил на 3 сентября новое рассмотрение требования «Энергоинвеста».

https://www.dp.ru/a/2021/08/11/NKO_tasuet_uchreditelej

Текст: Дмитрий Маракулин

«Дочка» «Метростроя» взыскала с материнской компании почти 500 млн рублей. И это решение может повлиять на привлечение Вадима и Николая Александровых к субсидиарной ответственности.
Арбитражный суд Петербурга и Ленинградской области на днях завершил рассмотрение иска ООО «Строительно–монтажное управление № 13 Метрострой», которое требовало взыскать с ОАО «Метрострой» 454,4 млн рублей.
Пока решение в картотеке арбитражных дел обозначено одной строчкой — «иск удовлетворить полностью». Ни резолютивной, ни мотивировочной части этого решения нет.
ООО «СМУ № 13 Метрострой», по данным сервиса «Контур.Фокус», дочернее предприятие ОАО «Метрострой», которому принадлежит 70% долей.
В октябре 2020 года арбитражный суд Петербурга и Ленобласти признал СМУ банкротом и открыл конкурсное производство. Компания была подрядчиком «Метростроя» и выполняла различные работы на строительстве подземки.
Ранее арбитражный управляющий «Метростроя» Григорий Авдеев (в компании введена банкротная процедура — наблюдение) рассказывал «ДП» о том, что СМУ выполняло работы на Лахтинско–Правобережной линии. При этом сам истец рассматривает эту задолженность как текущие платежи, которые закон позволяет взыскивать с должника вне рамок процесса о несостоятельности «Метростроя».
Подобные споры — абсолютно стандартная практика в делах о банкротстве, говорит адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры» Александр Соловьёв. При этом должник и его арбитражный управляющий стоят на одной стороне: как правило, их цель заключается в снижении взыскиваемой суммы и максимальном отдалении момента вступления решения в законную силу. Соответственно, для истца, взыскивающего текущую задолженность, всё наоборот.
Мимо кредиторов
В этом деле, как полагает представитель Григория Авдеева юрист Никита Ушаков, были установлены существенные обстоятельства, которые не позволяли суду удовлетворить требования СМУ. В частности, речь идёт о том, что значительную часть работ на Лахтинско–Правобережной линии СМУ выполнило до даты возбуждения банкротного процесса самого «Метростроя».
В этом случае задолженность не может считаться текущей и должна взыскиваться в рамках процесса о несостоятельности строителя подземки, добавляет Никита Ушаков.
Партнёр юркомпании «Степачков и Сурчаков» Дмитрий Сурчаков, представитель Вадима Александрова, предполагает, что, скорее всего, решение суда не будет ничем отличаться от аналогичных судебных актов по взысканию с должников текущих платежей.
«Такое решение негативно отражается на реестровых кредиторах. Потому что поступающие в конкурсную массу денежные средства будут сначала пущены на текущие платежи, а уж потом направлены на погашение требований реестровых кредиторов», — говорит он.
Следует отметить, что решение арбитража о взыскании почти 500 млн рублей пока не вступило в законную силу: участники процесса его могут обжаловать.
Заход с козыря
Однако, как считает Александр Соловьёв, в рукаве арбитражного управляющего есть козырь. Как ранее писал «ДП», в июне Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти субординировал требование на 73 млн рублей ЗАО «Тоннельный отряд — 3″, ещё одной «дочки» строителей подземки.
Это текущие платежи за работы на Фрунзенском радиусе, которые отряд выполнял уже после начала банкротного процесса «Метростроя». Общая сумма текущих платежей ЗАО составляет около 500 млн рублей.
«Суд указал, что требование аффилированного кредитора должно удовлетворяться после погашения требований независимых кредиторов. Если эта практика устоит и будет поддержана вышестоящими инстанциями, то управляющий, вероятно, этот козырь предъявит и ООО “СМУ–13”», — полагает Александр Соловьёв.
И снова об убытках
Вместе с тем спор со СМУ в перспективе может повлиять на взыскание и субсидиарной задолженности с Вадима и Николая Александровых, бывших гендиректоров «Метростроя». Соответствующее заявление подано Григорием Авдеевым в арбитраж.
С Вадима Александрова взыскивают 4,8 млрд рублей, с Николая — 288,7 млн. Этот спор суд ещё не разрешил.
СПб ГКУ «Дирекция транспортного строительства» представило в суд документы. Из них следует, что часть работ, выполненных СМУ, вовсе не была принята и оплачена госзаказчиком. Кроме того, в результате пересчёта сметной стоимости общая цена выполненных СМУ работ по госконтракту была уменьшена более чем на 240 млн рублей.
«Это значит, что «Метрострой» фактически вынужден выплатить субподрядчику больше, чем сам получил от государственного заказчика. Это противоречит условиям заключённого со СМУ договора и, кроме того, подтверждает убыточность государственного контракта, что, к слову, стало одним из оснований привлечения контролирующих “Метрострой” лиц к субсидиарной ответственности», — заявил «ДП» Никита Ушаков.

https://www.dp.ru/a/2021/07/16/Semejnie_tjazhbi

Текст: Дмитрий Маракулин

В России за I полугодие почти 5 тыс. компаний были признаны несостоятельными, подсчитал Федресурс. При этом количество корпоративных банкротств за этот период увеличилось на 9,2% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и достигло доковидных показателей. Вместе с тем, если сравнивать с тем же периодом 2019 года, то, отмечают в Федресурсе, число юрлиц, признанных несостоятельными, упало на 19,2%.

По мнению заместителя министра экономического развития РФ Ильи Торосова, складывающаяся ситуация может быть связана в том числе с мерами поддержки бизнеса, осуществляемыми в период распространения коронавируса (к примеру, с мораторием на подачу кредиторами заявлений о банкротстве). «Это помогло многим предприятиям преодолеть коронавирусные ограничения, которые смогли стабилизировать в кризисной ситуации свою хозяйственную деятельность», — считает чиновник.

Однако Александра Улезко, руководитель группы по банкротству адвокатского бюро «Качкин и партнёры», считает, что меры поддержки оказались неэффективны. «Лично мне не известно ни одного случая, когда суд предоставил бы должнику судебную рассрочку и даже что в принципе на рассмотрение судов поступали заявления о предоставлении рассрочки, — подчёркивает она. — Нормы о моратории на практике применялись, но формально. Суды заняли позицию: если соответствующего вида деятельности нет в ОКВЭД, то нормы о моратории к такому должнику не применяются».

Москва выбилась в лидеры по числу корпоративных банкротств: там несостоятельными за полгода признали 969 компаний. Петербург в этом топе занимает вторую строчку, у нас обанкротилась 401 компания. А прирост в Северной столице, по данным Федресурса, к аналогичному периоду 2020 года составил 36,9%.

Ситуативно и случайно
В этой ситуации Карина Сидорова, руководитель практики антикризисного управления и банкротства юркомпании «Дювернуа Лигал», не видит ничего экстраординарного. «Есть некоторый рост в связи с тем, что отсрочка, которую предоставило государство, закончилась, — говорит она. — Собственники помещений начали взыскивать задолженность по аренде. Арендаторы не накопили достаточно средств, чтобы рассчитаться. Есть некоторый отложенный эффект, но не более».

Больший прирост корпоративных банкротств в Петербурге по сравнению с Москвой, по оценке Александры Улезко, носит ситуативный и случайный характер. «В какой–то момент всё изменится. Среди банкротящихся компаний, по моим наблюдениям, много ретейлеров. Это вызвано тем, что продолжаются банкротства, возникшие ещё до пандемии. Например, речь о ТД “Интерторг”, структурах “Юлмарта”», — уточняет эксперт.

В ожидании нового закона

Все опрошенные «ДП» специалисты сходятся в том, что на текущую ситуацию оказывает влияние и ожидаемая реформа банкротного законодательства. «Изменения могут быть кардинальными. К примеру, сейчас кредитор–заявитель предлагает кандидатуру арбитражного управляющего, а в новой редакции закона его кандидатура может определяться посредством случайной выборки. Поэтому не исключено, что многие кредиторы сейчас хотят воспользоваться “старыми” алгоритмами сопровождения дел о банкротстве и запустить процедуры до вступления в силу изменений», — поясняет Александр Соловьёв, адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры».

Новый законопроект также предусматривает ужесточение санкций, включая уголовные, за неправомерные действия при банкротстве и преднамеренное банкротство. «Должники и бенефициары, оценивая риски вхождения в процедуру, будут учитывать данные факторы. Многие будут искать альтернативные варианты выхода из ситуации», — прогнозирует Карина Сидорова.

Личная ответственность
В I полугодии ускорился рост банкротств физлиц: в России несостоятельными признали 88 тыс. человек, что в 2,1 раза больше, чем за аналогичный период прошлого года, отмечает Федресурс. Первое место в этом антирейтинге заняла Москва: в столице обанкротились 4, 858 тыс. человек, а прирост составил 98%. В Петербурге несостоятельными за I полугодие признали только 3,8 тыс. горожан, но темпы прироста выше столичных — 106,8%.

В первую очередь на такие показатели повлияла пандемия: рост цен, потеря работы, стагнация ряда отраслей, болезнь людей, ухудшившая их материальное положение. Ещё один фактор — доступность онлайн–микрозаймов, которые буквально навязываются рекламой в соцсетях.

«Также меняется отношение к банкротству: ранее оно казалось людям страшным и рискованным мероприятием. Сейчас это обыденное решение вопроса с долгами. У тянущих из последних сил кредитную лямку есть знакомые банкроты, которые начали новую жизнь без кредитов с чистого листа», — считает гендиректор «Юридического бюро № 1″ Юлия Комбарова.

В перспективе на ситуацию с личными банкротствами может повлиять и новая возможность, которую прорабатывает Минэкономразвития. Сейчас для граждан с небольшой задолженностью предусмотрена процедура внесудебного банкротства через систему многофункциональных центров. Однако, как показала практика, она оказалась не слишком востребована: в этом году в Петербурге возбуждено 45 дел, завершено 20. Минэкономразвития предлагает разрешить гражданам подавать заявление о несостоятельности через «Госуслуги».

«Такая реформа облегчит подачу заявлений на упрощённое банкротство, снизит число посредников, которые по большому счету не нужны. Тем более сегодня задача государства — сделать максимальное количество услуг доступными в онлайн–режиме. Люди только сейчас узнают, как работает упрощённое банкротство, поэтому мы ожидаем существенный рост, когда должники “распробуют” эту возможность», — прогнозирует Юлия Комбарова.

https://www.dp.ru/a/2021/07/07/Nesostojatelnij_vsplesk

Текст: Дмитрий Маракулин

Дело о взыскании почти 3 млрд рублей убытков с экс–гендиректора АО «Морской торговый порт Усть–Луга» (МТП) Евгения Савкина поставлено на стоп.
Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти приостановил рассмотрение иска АО «Холдинговая компания “Новотранс”» (владеет 26%–ным пакетом МТП) к Евгению Савкину, возглавлявшему МТП с января по декабрь 2018 года, на 2,68 млрд рублей. Именно в такую сумму акционер оценил нанесённые гендиректором потери компании.

МТП — оператор двух терминалов в порту Усть–Луга: многопрофильного перегрузочного комплекса «Юг–2″ и автомобильно–железнодорожного паромного комплекса. Сейчас Евгений Савкин — генеральный директор ООО «Новые коммунальные технологии» (НКТ), занимающегося перевалкой грузов на терминале «Юг–2″. Единственным собственником НКТ, по данным сервиса «Контур.Фокус», является Илья Трабер.

Как следует из материалов дела, «Новотранс» просил суд о назначении экспертизы, которая должна определить размер убытков, и предложил поставить перед экспертами 50 вопросов. Речь шла о сделках с 16 контрагентами.

В итоге Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти сократил число вопросов до девяти. Экспертам предстоит определить, является ли рыночной цена по договорам с компаниями «Техносервис», «СТК Интек», «Экологический флот», «Эридан», «Скиф» и предпринимателем Гильмитдиновым.

При этом, согласно материалам дела, ранее «Новотранс» просил о выделении в отдельное производство требования о взыскании убытков за необоснованно завышенную оплату услуг адвокатов Гильметдинова и Ростовцева в размере 21,1 млн рублей. Не исключено, что в список вопросов для экспертов включена просьба дать оценку именно стоимости юридических услуг.

Однако достоверно определить это невозможно, поскольку в материалах суда, к примеру, фамилия Гильметдинов написана по–разному, хотя инициалы совпадают. Вообще, ошибки в материалах арбитражных дел не такая уж и редкость: к примеру, в этом же деле суд неправильно указал отчество ответчика.

В ХК «Новотранс», куда «ДП» направил запрос, отказались от комментариев.

Требуется анализ
«Финансово–экономическая экспертиза — это ключевое доказательство по делам, в которых оспаривается соответствие цены сделки рыночным показателям. Экспертиза в большинстве таких случаев предопределяет результат спора, потому что суд не обладает специальными знаниями в сфере оценки и вынужден полагаться на заключение эксперта», — говорит Александр Соловьёв, адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры».

В качестве примера он приводит самый цитируемый арбитражными судами спор о взыскании убытков с гендиректора Кировского завода Георгия Семененко по иску миноритарного акционера ЗАО «Дорога». Выводы экспертизы были положены в основу отказного решения суда.

Юрий Самолётников, юрист компании «Лемчик, Крупский и партнёры», добавляет, что выводы судебного эксперта хоть и не имеют предустановленной силы для суда, но намного охотнее принимаются им, чем объяснения участников процесса. Вместе с тем Юрий Самолётников частично оппонирует коллеге.

«Заключение эксперта нельзя назвать ключевым доказательством в делах о взыскании убытков с топ–менеджеров. Многие подобные споры обходятся и без обращения к лицам, обладающим специальными знаниями. В частности, такое происходит в делах, где недобросовестность ответчика очевидна», — отмечает он.

За убытками — банкротство?
Экспертиза по делу о взыскании 2,68 млрд рублей должна быть готова в начале июля, после чего суд сможет возобновить производство по делу, и тогда, возможно, станет понятно, какого решения следует ожидать. Однако ранее «Новотранс» уже пытался взыскать с Евгения Савкина 581 млн рублей убытков, к которым, по оценке истца, привели управленческие решения топ–менеджера.

В частности, речь шла о договорах лизинга двух стреловых кранов Liebherr, предназначенных для работы на терминале «Юг–2″. Однако Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти не согласился с позицией истца и отказал ему во взыскании. В начале июня 13–й арбитражный апелляционный суд, рассмотрев жалобу «Новотранса», оставил это решение в силе. Впрочем, компания может подать кассационную жалобу.

Нельзя сказать, что проигрыш по спору на 500 млн рублей может предопределить решение и по второму иску «Новотранса» к Евгению Савкину. Однако, если допустить, что арбитраж всё–таки взыщет с бывшего топ–менеджера порта почти 3 млрд рублей, то возникнет новый вопрос: как исполнить это решение?

«Ни гербовая печать суда, ни фраза “именем Российской Федерации” не способны привести к тому, чтобы решение о взыскании миллиардов рублей с гражданина было исполнено. Подобные решения крайне редко выходят за пределы напечатанного на бумаге текста и приводят к удовлетворению интересов истцов», — так оценивает практику Александр Соловьёв.

С ним соглашается Юрий Самолётников. «После удовлетворения иска о взыскании убытков с топ–менеджера акционеры редко могут рассчитывать на фактическое пополнение активов своей компании. Мало у кого из ответчиков есть реальная возможность покрыть причинённые убытки из стоимости своего имущества», — говорит эксперт.

По его мнению, по этой причине вслед за делом о взыскании убытков может начаться процесс о несостоятельности самого топ–менеджера. Причём как по инициативе взыскателей, так и по его собственной.

https://www.dp.ru/a/2021/07/02/Prishla_ochered_jekspertov

Текст: Дмитрий Маракулин

Верховный суд РФ рассмотрит спор о включении 148 млн рублей в реестр требований кредиторов Екатерины Исаевой, дочери бывшего совладельца Балтийского банка Андрея Исаева.
Банкротство Екатерины Исаевой в феврале 2019 года инициировал финансовый управляющий её отца. В июне того же года Арбитражный суд Санкт–Петербурга и Ленобласти признал претензии заявителя обоснованными и ввёл реструктуризацию задолженности Исаевой. Сам Андрей Исаев в апреле 2018 года признан банкротом, введена процедура реализации имущества.

В феврале этого года «ДП» сообщал о задержании финансиста во Франции как обвиняемого в мошенничестве. По предварительным данным, заочно Андрею Исаеву предъявлено обвинение в хищении недвижимости, принадлежащей Балтийскому банку, на сумму около 500 млн рублей.

В банкротном деле Исаевой в августе 2019 года ООО «Энергоинвест» обратилось в суд с ходатайством о включении в реестр требований кредиторов 148,1 млн рублей. Как следует из материалов дела, в июле 2018 года компания выдала ей заём на 130 млн рублей, но обратно деньги не получила.

Финансовые управляющие Исаевой и её отца возражали против включения требований «Энергоинвеста» в реестр кредиторов. В частности, говорилось об искусственном создании этой кредиторской задолженности, об аффилированности Екатерины Исаевой и кредитора и т. д.

«Обстоятельства выдачи займа (хронология действий, фактическая аффилированность лиц, непрозрачность сведений о характере спорных платежей, совершение сделки в преддверии банкротства, отсутствие обеспечения) вызывают подозрения, что данная сделка совершена с недобросовестными намерениями», — полагает Александр Соловьёв, адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры».

Впрочем, Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти не увидел мнимости сделки: в марте 2020 года требование включено в реестр кредиторов. Однако в июле 2020 года 13–й арбитражный апелляционный суд отменил это решение и отказал «Энергоинвесту» в его требовании.

Арбитражный суд Северо–Западного округа отменил уже постановление апелляционной инстанции и оставил в силе первое решение арбитража. Тогда финансовый управляющий Андрея Исаева подал жалобу в Верховный суд РФ, который принял её к производству и назначил разбирательство на 1 июля 2021 года.

«Это дело, с учётом суммы займа, разных позиций нижестоящих судов и общественного резонанса, справедливо привлекло внимание Верховного суда. Рассматриваемый спор идеально подходит для того, чтобы сформировать правовую позицию и дать арбитражным судам ориентир, которого они должны придерживаться по аналогичным делам», — считает Дмитрий Сурчаков, партнёр юрфирмы «Степачков и Сурчаков».

О сложности этого дела, по мнению Александра Соловьёва, говорит как минимум то, что каждая последующая судебная инстанция отменяла решение предыдущей. Верховный суд не будет нарушать данную последовательность и отменит постановление Арбитражного суда Северо–Западного округа, прогнозирует эксперт.

https://www.dp.ru/a/2021/06/16/Raznogolosica_v_instancij

Текст: Дмитрий Маракулин

Поводом к судебному спору послужили два кредита, выданных банком «Санкт–Петербург» ЗАО «Елисеев Палас Отель» в октябре и декабре 2010 года на 2,5 млрд и 1,5 млрд рублей соответственно. Поручителем по ним выступил гендиректор и совладелец ЗАО Александр Ебралидзе (№ 33 в Рейтинге миллиардеров «ДП» — 2020). Займы не были возвращены, поэтому банк подал иск в Куйбышевский райсуд, взыскивая с поручителя 5,5 млрд рублей (с учётом штрафных санкций). В этом же процессе бизнесмен оспорил договоры поручительства, являвшиеся, по его мнению, составной частью кредитных соглашений и якобы ему навязанные.

Однако претензии Александра Ебралидзе райсуд признал необоснованными: коммерсант в силу своего опыта и квалификации не мог не понимать значение совершаемых им действий. А вот требования банка суд удовлетворил, взыскав с предпринимателя 5,51 млрд рублей. Но Александр Ебралидзе обжаловал это решение в горсуде Петербурга.

Вчера, 18 мая, апелляционная инстанция горсуда едва приступила к разбирательству и тут же его перенесла на июнь. Бизнесмен просил об отложении процесса из–за болезни: с 15 мая он находится на больничном, но желает лично участвовать в деле. Поэтому суд, приобщив к материалам отзыв арбитражного управляющего ЗАО «Елисеев Палас Отель» на жалобу коммерсанта и возражения банка на неё, отложил заседание.

Спор с банком «Санкт–Петербург» развивается на фоне банкротного процесса предпринимателя, инициированного госкорпорацией развития «ВЭБ.РФ» в Арбитражном суде Петербурга и Ленобласти. По версии «ВЭБ.РФ», Александр Ебралидзе задолжал 34,1 млрд рублей. Правда, ответчик обжаловал принятие заявления в апелляционной инстанции, но пока 13–й Арбитражный апелляционный суд оставил заявление бизнесмена без движения (не представлены доказательства отправки копий жалобы другим участникам процесса).

По оценкам экспертов, финансовый крах компаний часто приводит к банкротству контролирующего их владельца, поручившегося перед банком за исполнение кредитных обязательств. В качестве такого примера можно вспомнить историю худрука Михайловского театра Владимира Кехмана.

«Должник движется к полной капитуляции долго, пытаясь всеми доступными способами отсрочить дефолт. После него должник уже старается оттянуть момент взыскания средств и возбуждения процедуры банкротства, выигрывая время для манёвра и усиливая свои переговорные возможности», — отмечает адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры» Александр Соловьёв.

По его словам, в ход идут все методы — признание сделки, на которой основано требование истца, ничтожной, возбуждение параллельных судебных процессов для приостановки производства о взыскании, истребование доказательств, привлечение третьих лиц и т. п. Иначе говоря, в таких ситуациях стороны, как правило, бьются не за сам результат, а за скорость его получения.

https://www.dp.ru/a/2021/05/19/Ottjanut_kapituljaciju

Текст: Дмитрий Маракулин

Андрей Мельников, первый заместитель гендиректора ГК «АСВ», выступающей арбитражным управляющим в банкротных делах банков, заявил о новой инициативе. В планах — просить суды о снижении субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Для этого сами ответчики должны раскрыть информацию о конечных бенефициарах или же имуществе ликвидируемого банка.

Александр Соловьёв, адвокат коллегии адвокатов «Юков и партнёры», отмечает, что зачастую те, кто привлекается к субсидиарной ответственности, выглядят как сопричинители вреда, но в реальности некоторые контролирующие должника лица «более равны, чем другие». «На практике не так редка ситуация, когда вывод денег из банка находится под контролем одного или нескольких бенефициаров, а номинальные члены правления закрывают на это глаза, надеясь, что всё будет хорошо», — поясняет Александр Соловьёв.

При этом суды, по оценке эксперта, зачастую с большим трудом изучают и анализируют нюансы распределения ролей при причинении вреда контролирующими лицами. В качестве примера он приводит дело Инкасбанка, которое было рассмотрено Арбитражным судом Петербурга и Ленобласти лишь с третьей попытки.

Сегодня субсидиарная ответственность, как показывает практика, становится даже не дубинкой, а кувалдой: размеры взыскания достигают колоссальных цифр. Так, в Арбитражном суде Петербурга и Ленобласти в рамках банкротного процесса авиакомпании «Трансаэро» банк ВТБ привлекает к субсидиарной ответственности Ольгу и Александра Плешаковых и Татьяну Анодину, контролировавших, по версии кредитного учреждения, авиакомпанию. ВТБ полагает, что руководство «Трансаэро» задним числом изменяло отчётность, выводило из компании деньги, а также скрыло факт того, что ещё в 2012 году «Трансаэро» имело признаки банкротства. Претензии банка составляют рекордные 249,2 млрд рублей.

При этом Андрей Мельников, как его цитирует ТАСС, подаёт инициативу агентства как новацию, хотя и ссылается на действующее законодательство, предусматривающее такую возможность.

Игорь Горохов, управляющий юрист Capital Legal Services, напоминает: в действительности «новая» инициатива АСВ — это лишь реализация подзабытой, но давно имеющейся в законе возможности. Основная же проблема кроется в том, что на практике эта норма не работает. «Даже в случае уменьшения судом размера субсидиарной ответственности она по–прежнему остаётся непосильной для ответчика, что объективно лишает его стимула к “сдаче” конечных бенефициаров. Гораздо выгоднее оказывается продолжать действовать в их интересах в надежде на дальнейшую поддержку», — поясняет Игорь Горохов.

Александр Соловьёв добавляет: «В качестве общего правила признаётся — номинальные руководители могут ставить вопрос о снижении размера своей субсидиарной ответственности, ограничивая её до размера убытков, причинённых конкретно ими.

При этом позиция аргументируется тем, что их участие в доведении компании до банкротства не было ключевым». Однако сегодня практика снижения ответственности номинального руководителя не сформирована. Более того, положительные примеры раскрытия информации, которые бы привели к пополнению конкурсной массы, неизвестны, добавляет эксперт.

Можно предположить: инициатива АСВ будет иметь перспективы, если агентство в обмен на инсайдерскую информацию согласится полностью освобождать ответчиков от субсидиарной ответственности. В ином же случае принципиальные изменения вряд ли возможны.

https://www.dp.ru/a/2021/04/23/Skidka_za_stuk?utm_source