# +7 (495) 645 80 10

Следуй за мной

Андрей Юков рассказал о планах об открытии офиса коллегии адвокатов в Китае. Спустя год после начала военных действий на Украине картина жизни юридического бизнеса в РФ радикально поменялась.

Как релоцировавшийся за рубеж российский бизнес поманил за собой отечественных юристов.
Спустя год после начала военных действий на Украине картина жизни юридического бизнеса в РФ радикально поменялась. «Ильфы» ушли с российского рынка, в то же время «рульфы» стали активно расширять свое присутствие в странах ближнего и дальнего зарубежья, выбирая в первую очередь те государства, куда в большинстве своем релоцировались россияне и отечественный бизнес в 2022 году. “Ъ” обсудил с отечественными юрфирмами причины и перспективы их работы за пределами РФ.
После начала специальной военной операции на Украине и ухода из России целого ряда иностранных бизнесов, в том числе юридических компаний, со стороны российских юрфирм возник большой интерес к зарубежным рынкам. «Экспансией» это пока назвать нельзя, но все же выход в иностранные юрисдикции за последний год приобретает все более масштабные очертания.

Причины исхода за рубеж
Есть несколько объяснений такой тенденции. «Первая причина: большое количество российских юристов по разным причинам приняли решение жить за пределами РФ, вследствие чего многие юрфирмы поспешили объявить об открытии своих зарубежных офисов,— говорит управляющий партнер NSP Александр Некторов.— Вторая причина: огромная бизнес-эмиграция из России предпринимателей или просто людей с деньгами, за которыми следуют и юристы».

Управляющий партнер АБ КИАП Андрей Корельский проводит аналогию с тем, как «в свое время после Второй мировой войны американские и британские юрфирмы разошлись по всему миру за своими предпринимателями, которые осуществляли экспансии и локализации за пределами своих стран». «В большинстве случаев шаг этот вынужденный», так как многие «ильфы» отказались сотрудничать с российскими клиентами и отечественным юристам «приходится заново выстраивать свою партнерскую сеть по миру», отмечает господин Корельский.

При этом партнер Delcredere Андрей Рябинин считает, что «санкционные ограничения и самоограничения» международных юрфирм на работу с российскими клиентами создали «дополнительные благоприятные условия» для «рульфов». Управляющий партнер Tomashevskaya & Partners Жанна Томашевская тоже видит плюсы для отечественного юрбизнеса: «Уход иностранных юристов был своего рода шоковой терапией для рынков, ведь до этого считалось, что «ильфы» вне политики. Однако многие дела были остановлены в процессе, работавшие на рынке 30 лет фирмы перестали отвечать на телефон, в одну минуту разорвав отношения с клиентами». Такие действия «подрывают доверие к системе международного права и международных юридических фирм», считает госпожа Томашевская, поэтому «рынок ищет альтернативу», в том числе среди российских юрфирм.

Управляющий партнер Comply Артем Дмитриев добавляет, что юристы идут не только за российским бизнесом, но также за своими иностранными клиентами, которые «остановили здесь инвестиции в развитие и сократили свое присутствие в РФ до минимума, сосредоточившись на зарубежных рынках». Партнер BGP Litigation Дмитрий Базаров отмечает, что в 2022 году у них «резко увеличилось число запросов» от клиентов из других юрисдикций, таких как ОАЭ, Катар, Саудовская Аравия, Египет.

Управляющий партнер LEVEL Legal Services Леонид Эрвиц признает, что «для ряда юрфирм выход на иностранный рынок стал жизненно необходим, потому что основной костяк партнеров не хочет работать в РФ или нужен физический офис в месте нахождения якорных клиентов». К тому же «открытие офисов в других юрисдикциях дает возможность привлечь новых доверителей», добавляет управляющий партнер МКА «Аронов и партнеры» Александр Аронов. «Кроме того, часть фирм рассчитывает на получение работы в новых юрисдикциях от российских госкомпаний, которые также находятся в поиске новых контрагентов»,— замечает партнер Five Stones Consulting Александр Карпухин.

Сопутствующей причиной выхода в новые юрисдикции стали проблемы с трансакциями и расчетами с иностранными клиентами и контрагентами, указывает партнер BKHK law firm Роман Хаминский. Управляющий партнер CLAIMS Игорь Невзоров напоминает о «трудностях с банковскими переводами в Россию и из РФ в 2022 году». «Многие наши коллеги столкнулись с невозможностью или даже нежеланием международных клиентов платить за услуги в Россию»,— рассказывает Артем Дмитриев, поэтому «за рубежом должен быть хотя бы офис-визитка с банковскими счетами». В целом перед юристами встала необходимость «диверсифицировать источники выручки в условиях общего сжатия платежеспособного спроса в РФ за счет исхода иностранных бизнесов и начавшейся оптимизации затрат у российских клиентов», делится Андрей Рябинин. В какой-то мере расширению международного направления юрбизнеса способствовало и «снятие многих COVID-ограничений на международные перелеты и поездки в 2022 году, что дало толчок для развития международного направления», говорит Игорь Невзоров.

Свой офис или партнерство
Ряд юрфирм стал осваивать зарубежные юрисдикции до событий 2022 года. Игорь Невзоров рассказывает, что CLAIMS начала оказывать услуги на территории ЕС в 2020 году «через коллегу, получившую статус французского адвоката», а в 2022 году «бренд появился на финском и сербском юридических рынках».

KnP.Group открыла офис в ОАЭ в 2019 году благодаря объединению с компанией UPPERCASE, а позднее стала работать на Кипре и в Казахстане, делится старший партнер компании Александр Кукуев. А в 2022 году KnP.Group, отмечает он, получила в ОАЭ лицензию юрфирмы (legal consultancy), которая позволяет проводить консультации, юридический анализ, давать правовые заключения и готовить проекты документов (договоры и иски) по праву Эмиратов.

«Наша компания представлена в иностранных юрисдикциях практически с момента основания: мы работаем в Швейцарии и Минске более десяти лет, на Кипре — семь лет. Решение было принято по причине активной географической экспансии наших клиентов»,— указывает замдиректора по развитию O2 Consulting Дмитрий Сорокин. Он добавляет, что в 2022 году O2 Consulting открыла два дополнительных офиса: в ОАЭ (Дубай) и Казахстане (Нур-Султан), что обусловлено «стремительным развитием этих регионов в качестве новых финансовых и торговых центров для российских бизнесов».

Тем не менее многие фирмы начали расширять географию оказания своих услуг лишь в прошлом году. Андрей Корельский говорит, что в 2022–2023 годах бюро КИАП открыло офисы в Турции, Дубае и на Кипре. Формат присутствия, уточняет он, «зависит от особенностей каждой страны», в большинстве случаев он «носит смешанный характер с распределением долей участия и прибылей по проектам». «BGP Litigation открыла Middle East Desk в Дубае в партнерстве с BSA Ahmad Bin Hezeem & Associates LLP, одной из крупнейших юрфирм Ближневосточного региона. Чтобы оказывать поддержку 24/7, а именно в таком режиме часто приходилось действовать в сложившейся ситуации, требовалось личное присутствие в регионе»,— говорит Дмитрий Базаров. Там же, в Дубае, появился полноценный офис и у Tomashevskaya & Partners. Жанна Томашевская объясняет, что «это удобный хаб для ведения международной деятельности», при этом, «в отличие от многих коллег, мы развиваемся самостоятельно без партнерства с локальными юрфирмами».

Востребованным оказался и рынок стран СНГ. В мае 2022 года Comply зарегистрировала компанию в Армении и открыла там счета. «Для развития бизнеса, а не только поддержания существующих клиентов надо быть рядом с потенциальными клиентами. На тот момент это казалось верным решением, так как было проще всего,— говорит Артем Дмитриев.— Но это только временное решение, как и для многих наших клиентов. Ереван прекрасен, но, скорее всего, окажется для нас транзитным пунктом». Comply также планирует открыть офисы в ОАЭ и на Кипре «под совместным брендом в альянсе с локальными партнерами, с которыми раньше уже работали», добавляет господин Дмитриев.

У «Аронов и партнеры» появилось три новых офиса: в Узбекистане, Киргизии и Казахстане. «У нас также заключены соглашения о партнерстве с локальными компаниями в Израиле, Сингапуре, Гонконге и Китае. В 2023 году рассматриваем открытие офиса в ОАЭ»,— поделился Александр Аронов. Управляющий партнер «Рыбалкин, Горцунян, Дякин и партнеры» Сурен Горцунян сообщил об открытии офисов в Армении, Узбекистане и Сербии. «У нас большие планы на глобальное развитие нашей франшизы, и мы, безусловно, планируем открывать офисы в новых юрисдикциях, но конкретные планы будут во многом зависеть от интересов наших клиентов в точках нашего потенциального присутствия»,— добавляет господин Горцунян. Сербию (Белград) также для себя выбрали Semenov & Pevzner, о чем сообщил управляющий партнер компании Роман Лукьянов.
Ряд юрфирм собирается выходить за рубеж в текущем году. Так, управляющий партнер КА «Юков и партнеры» Андрей Юков рассказал о «планах открыть офис в Гуанчжоу по причине активного развития торговли с азиатскими рынками»: «Пока не решили, в какой форме будем оформлять наше присутствие в Китае, но поскольку мы коллегия адвокатов, скорее всего, там будет создана отдельная коммерческая фирма по оказанию юридических услуг». По словам Леонида Эрвица, LEVEL Legal Services собирается открыть офис в ОАЭ, «чтобы быть ближе к своим клиентам, многие из которых переехали в эту юрисдикцию», к тому же «Дубай очень удобен для работы с европейскими и азиатскими клиентами — это такой «мультихаб»». BKHK law firm тоже присматривается к ОАЭ. «Мы рассматриваем разные варианты присутствия: от коллаборации с новыми партнерами и существующими фирмами до открытия полномасштабного офиса с лицензиями для ведения юридического бизнеса. На текущий момент два наших сотрудника уже релоцировались в Дубай»,— рассказал Роман Хаминский.

Между тем некоторые юристы не видят смысла в открытии полноценных зарубежных офисов и юрлиц, предпочитая работать в партнерстве с локальными фирмами. Так, управляющий партнер АБ «Коблев и партнеры» Руслан Коблев не рассматривает выход за рубеж и рекомендует своим клиентам «местных юристов, которые лучше знают не только национальное законодательство, но и специфику лоббистской деятельности». Кроме того, господин Коблев считает многие сообщения о зарубежном офисе просто маркетинговым ходом. Александр Некторов рассказывает, что «NSP уже десять лет находится в партнерстве с двумя международными сетями юридических фирм (одна восточная, другая западная), что дает нам доступ к зарубежной экспертизе». Five Stones Consulting, по словам Александра Карпухина, тоже продолжает работу в России, сотрудничая с восточными фирмами: «С 2015 года у нас есть партнерское соглашение с двумя крупными юрфирмами из КНР и ряд клиентов из КНР и стран ЕАЭС».

Проблемы и перспективы
Опрошенные “Ъ” юрфирмы отмечают ряд трудностей при выходе на новые рынки как организационного, так и культурного плана. Первая проблема, с которой сталкиваются юрфирмы,— сложности релокации работников. «Обеспечение затрат на переезд сотрудника и членов его семьи, визовое обеспечение, медицинская страховка, жилье, зарплаты, которые могут обеспечить достойный уровень жизни, школы и сады детям — все эти процессы энерго- и финансово затратны»,— объясняет господин Кукуев. В случае с Эмиратами, продолжает он, также нужно учитывать мультикультурность и особенности местного менталитета — это требует применения soft skills.

К тому же, обращает внимание Александр Аронов, в разных странах предъявляются разные требования к юрбизнесу: «Так, в Узбекистане не менее 50% сотрудников юрфирмы должны быть гражданами Узбекистана — это влияет на процесс формирования региональной команды». Господин Эрвиц отмечает, что для оказания юруслуг в ОАЭ «нужна лицензия, получение которой занимает от шести месяцев до года».

Неожиданно сложно оказалось открыть офис в Сербии. «Несмотря на явное сходство сербского и российского языков и менталитетов, основные трудности возникали именно на стадии создания юрлица и открытия банковских счетов, заключении договора аренды офиса, организации бухгалтерии»,— рассказывает Игорь Невзоров. Отдельно он отмечает сложности у сотрудников: «Консультанты-экспаты сталкиваются с множеством неизвестных ранее факторов: продукты питания, транспорт, поиск русскоязычных врачей. Многие белградцы говорят на английском, но без сербского языка все равно не обойтись». Роман Лукьянов также обращает внимание на нюансы с бухгалтерским сервисом и работой некоторых банков в Сербии. «Кроме того, как и во многих других юрисдикциях, достаточно затруднительно получить корректный местный ОКВЭД, не имея в штате местного специалиста»,— указывает он.

В целом, говорит Жанна Томашевская, проблемы в других странах примерно те же, что и при создании бизнеса в РФ: «Нужно построить команду и инфраструктуру с нуля — это управленческий вызов, и ко многим вещам надо относиться философски. Фирма должна уметь одновременно решать сложные задачи клиента и бытовые вопросы, такие как поиск офиса и настройка IT-инфраструктуры».

По словам юристов, легче всего открыть новый офис в странах ближайшего зарубежья: Армения, Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Грузия, но и там есть свои нюансы. «Намного проще создать свое присутствие в странах СНГ или ЕАЭС, законодательство которых создано по модельным основам в начале 1990-х, чем в регионе MENA (страны Магриба и Ближнего Востока, в том числе Египет, Израиль, Иран, ОАЭ и др.— “Ъ”), где иногда еще и выдвигаются условия по лицензированию юридической или околоюридической деятельности»,— подчеркивает господин Карпухин.

https://www.kommersant.ru/doc/5889602

Комментарии запрещены.